ОлегБОРЕЦКИЙ:ПРЕТЕНДОВАТЬНАКИНОЯЗЫКИЭСТЕТИКУМОГУТТОЛЬКОЧЕСТНЫЕФИЛЬМЫ

В американском Голливуде или индийском Болливуде ежегодно, словно с конвейерной ленты, сходят тысячи лент, рассчитанных на зрительские вкусы, порой не очень притязательные, но, вместе с тем, несущие в себе некий идейный посыл, понятный аудитории. А какая идеология имеется у нашего кинематографа, заинтересованы ли наши режиссёры в зрительском интересе? Об этом мы беседуем с известным казахстанским кинокритиком, кандидатом философских наук Олегом Борецким.

- Олег Михайлович, как вы думаете, отражают ли кинофестивали реальный уровень развития нашего кинематографа?

- Фестивальные фильмы ориентированы большей частью на кинокритиков и не отражают массовые пристрастия. Из выпускаемых ежегодно 30 казахстанских картин от 3 до 6 фильмов ориентированы на зарубежные конкурсы, а не на своего зрителя. Потому что есть у наших режиссёров негласная традиция: я не буду снимать фильмы «для своих» – мне важнее мировое признание. Даже субтитры идут только на иностранном языке.

Своих же кинофестивалей, кроме «Евразии» и «Бастау», да ещё, может быть, парочки локальных кинофорумов, у нас нет. И хорошо, что на «Евразии» показывают совершенно разные по жанру и замыслу ленты: «Чума в ауле Каратас» Адильхана Ержанова, «Бопем» Жанны Исабаевой, «Раз в неделю» Игоря Пискунова… Но, что скрывать, это не до конца отражает то, что предпочитает смотреть зритель. Как раз наоборот, фестивальное кино наш зритель почти не видит.

- Почему мы не видим многие казахстанские авторские фильмы, завоёвывающие зарубежные награды, у нас в прокате или в Интернете?

- Это вопрос к прокатчикам. И, кроме того, это право каждого режиссёра. Некоторые из них ревностно относятся к своему творчеству. Но есть и такие, чьи фильмы в Сети в свободном доступе. Всё зависит от личной цели режиссёра: собрать кассу, получить фестивальную награду или самовыразиться. Всё равно всем не угодишь. Режиссёр Адильхан Ержанов, один из основателей «Партизанского кино», однажды сказал, что ему без разницы, будут ли его фильмы пользоваться успехом у зрителя. Для Адильхана важнее самовыражение и честность.

- А в мировой практике какая позиция режиссёров в приоритете?

- Однозначно, за рубежом фильмы на 90% снимаются для зрителей. У коммерческого кино – своя аудитория, у артхаусного – своя, хотя она и в меньшинстве. Тут имеют значение и позиция прокатчиков, и количество снимаемых фильмов. В Узбекистане, например, в местном прокате присутствует 99% отечественных фильмов, во Франции – 40%, России – 25%, а в Казахстане – не больше 7%. У нас не так много фильмов, которые мы можем предложить миру.

- Что вы можете сказать о ситуации в нашем кинематографе, в частности, какую идеологию несут в себе молодёжные ленты?

- Последние полгода я с интересом анализировал наше кино. И пришёл к такому выводу:  у нас сложилась идейная определённость в виде четырёх моделей кино. Первая – государственный патриотизм. Это фильмы «Путь лидера» и «Казахское ханство. Алмазный меч» Рустема Абдрашова, «балаАкана Сатаева. Вторая – постсоветский этнонационализм, который сейчас активно культивируется во всех республиках бывшего СССР. Сюда бы я отнёс «Дорогу к матери» Акана Сатаева и «Аманат» Сатыбалды Нарымбетова. Причём слово «этнонационализм» не является тут бранным, как в своё время его интерпретировали в Советском Союзе, а просто происходит переоценка нашего советского прошлого (не без перекосов, конечно, но это уже другая тема). Третья, самая распространённая, модель – entertainment новой лояльности. Это когда ты внутренним чутьём знаешь, про что можно, а про что нельзя снимать, предугадываешь зрительский спрос и ориентирован на коммерческий успех. У нас это преимущественно комедии, которых ежегодно выходит по пять-шесть. Лет десять назад их в Казахстане не было. В основном снимают их выходцы из КВН. Например, «Келинка Сабина», «Побег из аула» Нуртаса Адамбаева, «Бизнес по-казахски» Женисхана Момышева, «Гламур для дур» Аскара Узабаева. И последняя, понравившаяся мне картина, но уже совместного производства (Казахстан – Кыргызстан – США) – «В поисках мамы» кыргызского режиссёра Руслана Акуна. И эта новая лояльность устраивает всех – власть, зрителя и режиссёра.

Но вот четвёртая модель лично мне более интересна. Условно я её называю «честная социальность». Её представляют режиссёры «Партизанского кино»: Адильхан Ержанов, Серик Абишев и другие. Здесь же мэтр жанра Дарежан Омирбаев. Также к этой плеяде можно отнести «одиночек» – Ермека Турсунова и Эмира Байгазина. И вот «честная социальность» имеет право претендовать на киноязык и эстетику, поднимая насущные вопросы, которых вы точно не найдёте в развлекательных фильмах. Эти режиссёры заслуженно получают награды на всевозможных кинофестивалях, в том числе и у нас.

Любопытно, что «партизаны», строящие своё кино на трех китах – незначительный бюджет, социальность и киноязык, – недавно были приглашены на киностудию «Казахфильм», где Адильхану Ержанову предложили за достаточно внушительные деньги снять картину «Рассвет». Мы имеем занимательный прецедент, когда государство стало финансировать артхаусные работы режиссёров, которых ранее критиковало. Поэтому будем ждать выхода этого фильма, чтобы проверить, пошёл ли на компромисс Ержанов, или он продолжает оставаться независимым.

Понятно, что из четырёх моделей на массу ориентировано развлекательное кино, оно в основном для молодёжи. Картина «Дорога к матери», скорее всего, придётся по душе людям постарше. Но главное – такое разнообразие даёт зрителю выбор.

- Переплетаются ли качество нашей жизни и идейная составляющая современных казахстанских фильмов?

- Кино же выполняет адаптационную функцию. Это сравнимо с ситуацией, когда человеку хочется почувствовать умиротворение, и он включает определённые телеканалы или читает нужную ему на этот момент прессу. Понятно, что развлекательное кино всегда будет востребовано. Согласитесь, артхаусные картины всё-таки оставляют в душе тяжкий след. Некоторым людям и так хватает несправедливости в жизни, чтобы дальше добивать себя социально-честными фильмами.

Впрочем, с каждым годом у нас увеличивается пропасть между социальными группами, 50% людей буквально выживают, и им, мягко говоря, не до кино. И всё же людям нужны духоподъёмные фильмы – и реалистичные, и сказочные. Найти общечеловеческие струнки не так трудно. Истории, где добро побеждает зло, – основа искусства. Поэтому ресурс тут огромный. Возьмите тот же голливудский фильм «Ла-Ла Ленд», получивший шесть «Оскаров» и сыгравший для американцев и всего мира роль эскапистской пилюли. В целом в эпоху кризиса растёт число фильмов, окунающих в мир грёз! Голливуд это доказывал не раз.

- Какие табу у нас накладываются на сюжетные линии молодёжного и авторского кино? И должны ли быть рамки в этой области?

- Я лично не слышал, чтобы у нас в кинематографе были какие-то табу наподобие американского этического кодекса Хейса, запрещающего затрагивать некоторые темы. Скорее у нас это происходит на уровне самоцензуры – поймёт ли, примет ли картину казахстанский зритель? В Казахстане не затрагиваются, допустим, политические темы, типа войны компроматов. Зато спросом пользуются весьма остроумные и лёгкие фильмы, снятые бывшими КВНщиками. Как шутил Михаил Жванецкий: «Выросло целое поколение, искалеченное КВНом». Однако это проще, безопаснее и прикрыто завесой «народу нужен позитив». Также имеется убеждение: ну, снимешь ты фильм о коррупции, а что это изменит? Ещё наши киношники боятся брать провокационные темы. К примеру, религиозную. Возможно, дело в нехватке знаний и умений преподнести свою идею зрителю. А он у нас непредсказуемый в своей реакции на некоторые культурные проявления. Но, простите, у нас светское государство или какое?

Словом, одна из причин дефицита таких фильмов состоит в том, что у нас пока нет масштабных личностей в кинематографе, видимо, это дело будущего. Безусловно, несколько режиссёров остаются верными правде и не размениваются на конъюнктуру и коммерцию. Фигура Ермека Турсунова интересна тем, что в своих статьях и выступлениях он всегда открыто поднимает насущные проблемы казахстанского социума, а уже в режиссёрских работах –  преподносит зрителю нравственно-философские притчи, избегая остросоциальных и политических намеков.

Но, так или иначе, любой киножанр воспитывает, прививает вкусы и ценности своим зрителям.

- По вашему мнению, выживет ли «партизанское кино» в современных политических и экономических условиях?

- Поживём – увидим, как оно будет эволюционировать. Достижения за пределами Казахстана (независимо от того, как к нему относиться) у него уже есть. Но меня несколько разочаровала вторая картина режиссёра Эмира Байгазина «Раненый ангел» – она вторична и в чём-то повторяет его «Уроки гармонии». Мне бы хотелось, чтобы казахстанские режиссёры опережали нашу действительность, видели глубже острые ситуации, не замыкаясь на самоповторах.

- А какими проектами вы занимаетесь сейчас в области киноведения?

- Уже четыре года в КазНУ имени аль-Фараби в начале ноября проходит День национального кино. Вместе с проректором по социально-воспитательной работе Шолпан Ерболовной Джаманбалаевой мы стараемся показывать ребятам фильмы, о которых они вряд ли знают, и обсуждаем эти картины, их смысл с режиссёрами. Последний раз это был фильм «Аманат», за которым последовал диалог с режиссёром Сатыбалды Нарымбетовым. Мы таким же образом дискутировали с Ермеком Турсуновым по поводу его работ «Жат» и «Шал».

Также третий год подряд я, как преподаватель кафедры философии КазНУ, веду проект Smart-cinema для школы-гимназии № 1 и Международной школы города Алматы. Под текущие школьные программы по географии, истории и литературе подбирается фильм, после просмотра которого ученики делятся своими впечатлениями. На эти кинопоказы приходят около сотни школьников. Такого, кстати, в Казахстане больше никто не делает. Мне кажется, такие проекты очень полезны для молодого поколения и уж точно прививают вкус к хорошему кино.

Анель УТЕГЕНОВА,

фото Бориса Бузина